Любимый отец

Женщину тянет иногда на откровенность… тогда, когда расслаблена после раз пяти безумного секса с мужчиной, когда две бутылки мартини выпиты и ты прижимаешься и целуешь того, кто сумел и смог сделать такой сказочной эту ночь, и когда он, поцеловав нежно нежно за ушком, вдруг попросил: расскажи про своего первого мужчину…
Смутилась…вдруг стало серьезным лицо… извини, тебе не приятно? тогда почему? если не хочешь — не надо, конечно… когда она ровным и спокойным голосом стала рассказывать, серьезным стал я… может потому, что не ожидал, может потому, что ее рассказ заворожил и не мог бы оставить равнодушным на моем месте, наверное, никого…
«Да, нет, все нормально, только моя история связана с инцестом… Иногда, оборачиваясь назад, я понимаю, что дни, проведённые с отцом, отличались не только изощрённостью и регулярностью наших с ним сексуальных сближений, но и моим отношением к нему… с каждым таким проведённым с ним днём я любила его всё больше и больше и люблю до сих пор… какой то непонятной даже для меня самой любовью, в которой перемещалось все: и чувства любимой и любящей дочери и желание взрослой похотливой женщины — сучки, котрой так хочется испытать и попробовать то, что другим очень редко дано…
Мне всё это безумно нравилось, и ещё щекотала нервы, даже сама мысль, что меня имеет собственный отец, такой интересный, подтянутый, стройный, на которого засматриваются женщины, строят ему глазки, пытаются чуть ли не при маме и мне с ним в наглую флиртовать и заигрывать, а он выбрал меня… и долгие годы у него не было никого, кроме меня и конечно же мамы…
Знаешь как тянуло рассказать, похвастаться, поделиться, долгие годы, с одной подругой, с другой, но я сдержалась и ты будешь первый, кому постараюсь все рассказать про этот свой грех, который таким не считаю…


Мне было 18 лет. И я была уже оформившейся, красивой девушкой, но до такой степени серьёзной, что с парнями сохраняла дистанцию на уровне цветов, кафе и танцулек… не удивляйся, это правда… приходила в ВУЗ, ловила на себе масляные и похотливые взгляды преподавателей и однокурсников, которые видя мою аристократичность и серьезность во всем не заходили дальше невинных бесед…И так почти весь первый год ВУЗа.
Пока не наступило лето, и я не закончила первый курс. В июле мы поехали всей семьей — я, отец, брат и мама — в загородный дом брата моего отца — моего дяди, который, кстати, был не женат. Первую неделю всё шло отлично, пока брат, который младше меня на год, не уехал со своими друзьями на дачу к одному из их общих знакомых, а мать, купив горячую путевку, решила развеяться со своими подругами в санатории в Угличе, тоже на две недели… Меня еще удивило тогда, как папа быстро позволил ей себя уговорить: отпустить маму одну, в санаторий на две недели… и как она радовалась по блядски сверкая глазами в предвкушении двух недель абсолютно полной свободы, в дали от семьи, мужа и дома… А так всё начиналось прекрасно, невинно.
И я осталась одна среди двух взрослых и зрелых мужчин. Моему отцу было 37, дяде — 33. Приятно, когда тебя опекают сразу двое таких взрослых и интересных мужчин, выполняют все прихоти, как маленькую девочку опекают, вечером гонять спать, не отпускают в город одну, терпеливо и покорно ходят следом по рынку, на котором я решила по вредничать и перемерять чуть ли не все новинки сезона… представляешь, пыхтели, но не сказали ни слова… И покупают все, что я попрошу и принимают за чистую монету почти все капризы… ведут в самый дорогой ресторан, где так приятно ловить кое чьи взгляды, когда я одна, а со мною двое притом действительно интересных мужчин… Представляешь мои чувства тогда?
А еще я изредка ловила на себе и их весьма неоднозначные и заинтересованные взгляды, замечала их возбуждение, и чувствовала жар, исходящий как от одного, так и от другого, когда они «невзначай» прикасались ко мне или «просто задевали» руками, шутя обнимали за талию и принимали мои поцелуи в щечку за каждый купленный мне подарок… да и я сама играла, в наглую ни о чем не задумываясь, играла с открытым огнем: одевая супер коротенькую юбочку, высокие каблучки, топик, через который так проступают соски и так эротично виден красивый животик… на пляже чтобы загореть по лучше закатывала при них еще сильнее и так короткий и до ужаса откровенный купальник , лег на животик расстегивала петельки купальника, чтобы загар на спинке был равномерный, когда папа принес сок, приподнялась, закрывая одной рукой расстегнутым купальником грудь так, что он увидел сосок и по моему чуть покраснел, а во время поцелуя благодарности прижималась так, чтобы ощутить как у каждого из них в брюках все стоит на меня… потом поиграть глазками и загадочно улыбнуться…
О сексе в то время я знала даже больше, наверное, чем девушке нужно. Когда родители застали меня за просмотром порно-кассет они были в ярости, правда, больше всего трясло мать, нежели отца. А мне тогда всего было 12 лет… С тех пор я и начала древний, как мир, способ удовлетворения себя — мастурбацию, представляя себя с преподавателями, киноактерами, поп и рок музыкантами, симпатюлями- старшекурсниками, но чаще всего с отцом, которого стала ревновать почти к каждой юбке, дерзить, хамить, чего то невозможного каждый раз требовать… но тогда мне было только двенадцать, наивной и глупой, любимой и так тайно любящей…
И вот я осталась одна с этими двумя милыми и дорогими самцами мужчинами, которые голодными глазами пожирали и раздевали меня и были готовы накинуться, если бы мы только остались наедине. И это возбуждало до чертиков, заставляя внизу живота так приятно ныть, что несколько раз в день уединялась, чтобы поласкать себя и снять напряжение, представляя себя, то с одним, то с другим, то с обоими сразу. И момент всё-таки представился — мой дядя уехал в Москву, по работе. Отец, который был в отпуске, остался на хозяйстве со мною…
Я была в тот момент в ванной, нежилась под струями тёплого душа, направляя такой приятный и сильный напор воды из шланга душа на шейку, грудь и конечно туда… представляя как папа и дядя, ночью заходят вдвоем ко мне в спальню, и начинают ласкать, сбросив в сторону простынку, которой я укрывалась: папа пристроился между ножек, а дядя захватив мои губы в свои, запустил мне в ротик свой язычок,лаская и сдавливая одновременно чуть грубоватой ладонью грудь и так нежно животик… а затем они вставляют мне одновременно в ротик и попку, во влагалище и зад, приказывают свести вместе их большие и крепкие члены и заставляют начать их ласкать, покорно смотря им в глаза как похотливой продажной шлюхе…как один член отца беру страстно в ротик, а дядин дрочу, оголяя такую яркую и большую головку… потом член дяди в рот, а папе начинаю ласкать очень нежно ладошкой яички, промежность, а затем снова ствол… и чувствуя как они оба держутся из самых последних сил, чтобы с двух сторон в меня кончить…
Но я забыла запереть дверь… честно не специально… И отец вошёл. Так тихо, что я даже не заметила. И наверное видел все… как я постанывала, выгибала спинку, пускала поток воды между ног, расставленных так широко… о, боже…
Видеть такую красивую сформировавшуюся свою дочь, обнажённую, которая, закрыв глаза, мастурбирует и так безумно хочет мужчину… Естественно, его член отреагировал моментально, когда на легких летних брюках оттопыривался такой бугорок, что не заметить его не смогла бы ни одна… И желание взяло верх над предрассудками и всем остальным.
Он деликатно кашлянул, я мгновенно открыла глаза, сдвинула ножки и наверное так покраснела, стыдливо прикрыв грудь руками, отвернувшись спиною…как мне хотелось провалиться сквозь землю, сбежать и не видеть ни его смотрящих на меня в упор карих глаз…
— Потереть тебе спинку? — чуть дрогнувшим голосом предложил отец.
Я отказалась,при том очень резко и зло, попросив его немедленно выйти и без стука никогда ко мне не заходить… но он вместо этого взял в руки мыло и начал медленно, нежно, намыливать мне спину…
Про инцест я знала. И в своих фантазиях, лёжа в постели, я представляла своего отца… при том сколько раз-как он обнимает меня,целует нежно ушко и шейку, нагибается, чтобы помочь мне снять короткие ажурные трусики и начинает там ласкать своим язычком… а потом повалив на кровать, раздвинув мне ножки одним быстрым и сильным рывком мне вводить на всю длину своего огромного члена… а потом просит взять у него в рот… ставит рачком… несет на руках как маленькую девочку в ванную мыться… и берет меня там…и сама стыдилась своего желания, но всё же ещё и ещё возбуждалась при мысли о нём. Конечно, у меня не возникало и мысли, что это всё может когда бы то либо произойти наяву…
И вот он в ванной со мною… рука так приятно по спинке движется в низ… я вся дрожу, а его намыленная ладонь опускается всё ниже и ниже, уже коснулась ягодиц, которые он намыливал самым тщательным образом, раздвигая мне половинки попки, потом ноги… и вновь его рука оказалась на моей попке… а теперь стал намыливать ребра и под рукою касаться груди… когда сердечко казалось вот вот разорвется, а я кончу от одних его прикосновений, все более откровенных и недвусмысленных…
Я знала, чего он хочет. Знала, и не могла воспротивится его желанию обладать мной здесь и сейчас. Я была так возбуждена от его прикосновений… Таких настойчивых, властных и сильных, но нет, не грубых, даже очень трепетных, нежных…
Он попросил меня повернуться к нему лицом. Я, боясь поднять на него глаза, выполнила то, что он попросил, стоя перед ним абсолютно голой, зачем то одной рукой прикрывая сосок на груди…
И тогда он душем стал смывать с меня мыло… Руками он касался моей шеи, рук, бёдер… Он осмелел и стал ласкать рукой нежно и сильно мне грудь, делая мне всё приятнее… Затем его рука добралась до живота, и затем дошла до лобка… и стала так трепетно намыливать треугольник волос… что я готова была кончить только от этого…Он попросил меня раздвинуть ножки, я выполнила… и его горячая рука коснулась моих половых губок… так безумно приятно, нежно и страстно, когда их касается впервые в жизни мужчина…когда его рука намыливает губки, потом между губок, затем так осторожно мою такую чувствительную горошинку… еще и еще… промежность, касаясь своим сильными пальцами ануса и краев половых губок внизу…
А теперь он направил туда струю душа, не убирая своей руки… мне было настолько приятно, что казалось я улетаю. С каждым его прикосновением волна возбуждения накатывалась за волною, больше, сильнее… И вот он стал ласкать рукой мою тогда ещё девственную киску…
Я не могла больше терпеть и сдерживать чувства: я стонала, извивалась на его руке, стараясь все сильнее надавить киской на его безумно сильную руку… А он улыбался: «Нравится, доченька?», и ещё сильнее двигал рукой… Затем я почувствовала как его рука взяла меня за затылок и его губы коснулись моих, горячий язык проник ко мне в рот, я не задумываясь так страстно ответила на его поцелуй. «Какая ты мокрая… и прекрасная — говорил он. — Как же ты меня хочешь, моя красотулька…» И я не выдержала — кончила ему прямо на руку, от стыда прижавшись лицом к его волосатой груди, слыша как он жарко шепчет на ушко:»Ты прелесть малышка», и прижимает, не отпуская меня…
Он стал вытирать меня большим махровым полотенцем, а затем легко подхватив на руки как маленькую и развратную девочку, прижав к себе, отнёс в свою комнату,
Он положил прямо в полотенце меня на кровать, стал так нежно и страстно целовать и ласкать все моё тело, шейку, плечико, ушко, сосок на груди, а его пальцы не переставали теребить моё влагалище. Затем его пальцы заменил горячий язык… который стал так ласкать на мне губки, как в тех эротических и далеких снах детства, только еще более сексапильно и страстно… А когда он вял в рот клитор и начал его сосать — я закричала и кончила второй раз, не в силах больше сдерживаться, прижав его голову к своей киске…
Но он не останавливался — он вылизывал меня — губки. промежность, вход во влагалище до тех пор, пока я не возбудилась по новой и пока снова не захотела его…
Он разделся, и я сумела по достоинству оценить и его спортивную, подтянутую фигуру, и его член… такой крепкий, большой, твердый, который смотрел мне прямо в рот и лицо… Он тихо спросил: хочешь его поласкать своею нежной ладошкой… возьми его доченька… вот так… оголи сама головку на нем… поцелуй его… так… какая ты умница…а теперь язычком, как мороженное, пососи… и уже не в силах сдерживать стон, запустил руку ко мне в волоса и стал медленно и властно вводить его в ротик… еще и еще… я почувствовала себя самой развратной шлюхой на свете: взять у собственного отца в рот и делать ему минет… и слышать как он стонет от моего минета… и чувствовать как его рука на затылке задает моему ротику темп… и он может в любую секунду кончить мне в ротик… той самой спермой, от которой сама родилась… ух как опять заныло внизу, как сок полился по киске, по промежности, бедрам, как стал капать у меня между ног на простыню на кровать…
И он увидел или почувствовал это… и тихо на ушко: давай по настоящему доченька…Он вмиг оказался на мне, резко согнул мне ноги в коленях и прижал их к моей груди… И затем, так же резко и быстро, вошёл в меня…
Мне было больно. Было такое впечатление, что меня прошили раскалённым прутом… Я закричала, слезы залили глаза… И отец, как мог, успокаивал меня: «Тише, моя доченька, сейчас всё пройдет» и потихоньку двигал и двигал им во мне дальше. И боль сменилась наслаждением, ни с чем не сравнимым, когда я почувствовала, что вот вот кончу и сама уже подавала ему киской навстречу, обхватила его сзади ножкой и захотела, чтобы его член проникал все глубже и глубже…и наконец он кончил прямо в меня почти одновременно со мною…
Второй раз он возбуждал меня на кресле, когда я забралась к нему на колени… как тогда в детстве, только теперь не только как к папе, но еще как к мужчине, ощущая попкой как его член становится все крепче и жестче… и в нарушение всех правил гигиены, мы больше не выдержали ласк друг друга, он поставил меня рачком прямо к креслу… и трахал меня так долго, так крепко, сначала медленно медленно, доставляя мне и себе такое колоссальное удовольствие… А затем резко и быстро, глубоко он вгоняя в меня свой член, успевая целовать мои губы… Он говорил столько лестных и порой грубых слов, что я возбуждалась ещё пуще, стонала и кончала, кончала, кончала… Пока не кончил он сам — со стоном, вогнав до самой матки…
И всё это время меня не покидала мысль: «Он же мой ОТЕЦ!!», и то, что он мой отец, возбуждало меня ещё больше. Я не хотела, чтобы он встал и ушёл, не хотела, чтобы он молчал. И он не стал уходить, и не стал молчать…
— Понравилось? — спросил он, после второго раза, вовсю улыбнувшись.
— Да… — честно ответила я. Он снова очень нежно поцеловал меня в шею и губы.
— Мне так хотелось тебя… и чтобы первый мужчина не остудил, а разжег в тебе страсть… удалось? вместо ответа, я ответила ему таким поцелуем… что он спросил:
— Хочешь ещё? — и он ещё спрашивал?!
— Да… — очень тихо ответила я, прижавшись снова к нему всем своим телом
— Но как же…
— То, что я твой отец? — я кивнула. — Разве тебя не возбуждает сама мысль согрешить со своим отцом, отдаться ему, и почувствовать как я деру дочь как последнюю сучку… и его ладонь легла мне на киску…
Теперь он возбуждал меня, входя в меня пальцами и языком, и тут, когда я была на пике блаженства, в мои губы уткнулась головка его члена…
— Доставь папочке наслаждение… — попросил он. И я взяла его в рот… и начала быстро отсасывать… Отец стонал, его рука лежала на моём затылке, задавая мне темп… а я работала, работала ртом, доставляя ему наслаждение… и кончил так бурно мне в рот и на грудь… Так, первый раз я почувствовала вкус мужской спермы во рту…
Он был по-настоящему ненасытен тогда. Ночью он тоже пришёл ко мне снова… и я спала прижавшись к нему и поглаживая его волосатую грудь, упругий живот и такой ненасытный и поднимающийся по новому член… и зачем мамка сбежала в санаторий? а может и хорошо, что сбежала…
О нашей с ним связи не узнал никто — даже его брат… И до сих пор тайна осталась тайной… даже от мамы… которая ревнует меня к нему совсем по другой причине — я всегда беру сторону папы… а ее понять не могу: зачем ей до сих пор на стороне мужики?
Вот такая моя история…
От рассказанного мы с ней оба возбудились так, что такого безумного секса у нас с ней до этого не было… а на утро я спросил ее: хочешь меня и твоего папу вдвоем с тобою на всю ближайшую ночь?
На учебу она в тот день уже не пошла…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *