Актриса

24 июня 2012 года.

— Как это у вас получается? — спросила Оля.

— Что? — не понял Костя.

— Ну это, камешки.

— А, это… Значит так, берешь камень, нет не такой. Надо чтобы плоский был.

— Такой?

— Да пойдет. Кидаешь его вот так, одной кистью, старайся как можно резче и чтобы камень вдоль воды летел.

Костя приобнял девушку за горячую талию, а другой рукой обхватил ее ладонь с зажатым между пальцами голышом и несколько раз медленно согнул и разогнул ее тонкую кисть, демонстрируя как нужно кидать камень. Закончив урок, не отпуская подругу, он попытался чмокнуть ее в щеку, но та, задорно рассмеявшись, сумела выскользнуть из объятий парня. Отбежала на пару метров, поправляя свой легкий, почти воздушный сарафан:

— Давайте, Константин, без фамильярностей! — и смеется, зараза.

— Что вы решили с Олей? — спросил Олег, кидая в воду очередной голыш.

— По учебе-то? Я на физмат буду подавать, вроде баллов хватает. А Оля в Щуку будет пытаться. Ну или что попроще. А вы что?

— Мне мать сказала, чтобы я тоже с тобой за компанию пошел. «Костя серьезный мальчик, с ним не пропадешь! «— передразнил Олег свою мать.

— А Юлька?

— Тоже вроде со мной хочет, поступит куда или нет, не знаю. Но попытается.

— Типа жена декабриста, чтоль?

— Ага, типа того, — ухмыльнулся Олег.

— Костиик, у меня не получается, — обиженно выпятила губки Оля.

— Ничего страшного, зато ты у меня красивая, — утешил Костя девочку.

— И все?!

— И еще умная.

— Воот всегда так говори!

— Слушай, завтра папа с мамой приглашают нас вдвоем. Хотят с тобой познакомиться.

— Ооо, у вас отношения переходят на новый уровень? — удивился Олег.

— Не знаю, что им захотелось, — пожал плечами Костя.

— А когда? — спросила Оля.

— Давай я в два за тобой заеду и вместе поедем ко мне? — предложил Костя.

— Давай, — согласилась девушка.

25 июня 2012 года.

— Послушай меня, Константин, — рокот отцовского баса бил по ушам как набат, — я не позволю какой-то вертихвостке кинуть под откос все, что я в тебя вложил. В первую очередь, ты сейчас должен думать о своей учебе, у тебя отличный балл по ЕГЭ, впереди открыты все ВУЗы страны. Твоя цель — Москва, в такой ответственный момент затеять лямур — это какая должна быть безответственность в голове! Нагуляться всегда успеешь.

Павел Николаевич замолчал, переводя дух. Мать стояла рядом молча, скрестив руки на груди, как бы огораживаясь от происходящего вокруг, но было видно, что она целиком на стороне отца.

— Да и кто она вообще такая?! Сирота безродная! — продолжил отец, чеканя каждое свое слово, — Где она собирается учиться? Щукинское училище? Кто ее туда возьмет? Ее максимум — какая-нибудь роль второго плана в провинциальном театре! Короче, ты у нас с мамой достоин большего. В нашей семье никаких актрис без роду и племени не будет! И чтобы больше я тебя рядом с ней не видел. Пока я тебя кормлю и всем обеспечиваю — будет так.

— Ты ведь уже заранее все решил про нее. Ведь она ничего нового тебе про себя не рассказала, ты все и так знал — и что живет с теткой, и про ее планы. Зачем было это все?

Косте много чего хотелось сказать отцу — и громкого и обидного — но умом понимал, что сейчас он ничего не добьется, лишь только разозлит еще больше своего властного и влиятельного родителя, потому просто дождался окончания речи, обулся и выскочил в подъезд.

Она ждала его на скамейке во дворе.

— Ну, говори, — нетерпеливо спросила она его, — как все прошло? Я понравилась твоим папе и маме?

— Да все нормально, Оль, — отмахнулся Костя, из всех сил делая вид, что действительно все нормально, — про учебу говорили, чтобы наши отношения не мешали ей, ничего особенного. Им это главное и то, что я тебя люблю.

Костя приобнял девушку за талию и, чуть прижав к себе, звучно поцеловал в щеку.

— Куда пойдем? — Оля взяла парня под руку.

— Не знаю, давай сходим на ипподром, на лошадок посмотрим, посидим там спокойно.

— Хорошо, что мы оба в Москву поедем поступать, правда? — спросила Оля, глядя в глаза Косте, когда они уселись на жесткой скамейке трибуны ипподрома.

— Хорошо, — согласился Костя, глядя на медленно пробегающих под управлением жокеев лошадей, — еще надо экзамены сдать.

— Сдадим, — с уверенностью сказала девочка, — ты же у меня умный. А я… я вроде тоже не дурочка. Ты сам мне говорил.

— Твой папа такой обходительный, сразу видно — профессор, — продолжила она. — Твоей маме повезло с мужем. А тебе — с папой. Нет, правда! — девочка восторженно постучала кулачком об скамейку.

Костя вздохнул, обнял подругу и они оба еще долго сидели, прижавшись друг к другу, любуясь багровым закатом. Говорить ни о чем не хотелось. Хотелось, чтобы этот вечер продолжался бесконечно, потому что потом — экзамены, переезд в Москву, поступление. Дипломатия с отцом и матерью, будь оно неладно. А пока Костя наслаждался умиротворяющим теплым майским вечером в компании с любимой. Все остальное будет потом.

26 июня 2012 года.

— Оля, тебя не затруднит заехать к нам, мы Викторией Васильевной хотели бы с тобой поговорить.

— Да, конечно, — радостно согласилась Оля, — а откуда…

— Нам Константин твой номер дал, — перебил Павел Николаевич. — Через полчаса тебе удобно будет?

— Хорошо, постараюсь успеть.
• • •
— Здравствуйте.

— Здравствуй, Оля. Нет, нет, не снимай обувь, не проходи, я думаю, мы у порога все вопросы решим. Вчера я имел разговор с Константином, но, кажется, что он ничего не понял. Поэтому попробуем зайти с другой стороны.

В следующие десять минут Олю опускали ниже плинтуса, она ошарашено с открытым ртом стояла и получала наглядный пример, как можно предельно вежливо и корректно, не допуская прямых оскорблений, вывалять человека в грязи и смешать с дерьмом.

— Но я… но мы… — дрожащими губами попыталась она возразить.

— Любите друг друга? — уточнил Павел Николаевич. — Ну что ж. Опустим, что это спорный момент, но тем не менее. Послушай, девочка. У него с тобой нет будущего. Что ждет его с тобой? Незапланированная беременность, ранний брак по этому поводу? Пеленки, распашонки? Тесть — ректор пусть и провинциального, но, тем не менее, престижного ВУЗа, теща — не последний человек в руководстве нефтегазовой компании? Ведь это твой легко читаемый план? Мой тебе совет — отступи. Сделай самопожертвование, пусть это будет твой акт Любви, ради любимого человека, отдай ему его будущее. Ты же понимаешь, что своего сына я не брошу и рано или поздно я добьюсь, чтобы тебя рядом с ним не было. А вот тебе жизнь я попортить могу. Будущее Константина — в науке…

Павел Николаевич еще что-то продолжал говорить, но Оля его уже не слышала. Подавляя в себе судорожные рыдания и размазывая по лицу слезы, она, не в силах ждать лифта, неслась по лестнице вниз, подальше от этого дома.

Жизнь без родителей ее многому научила, но этот удар судьбы для нее был слишком неожиданным.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *